Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

sanguine

3/9/1914

"...Иван Дзюба в биографии Шевченко цитирует газетные сообщения о киевской
демонстрации против правительственного запрета праздновать столетие Т.Ш.:
«С утра на улицах усиленные наряды пешей и конной полиции. Из уезда собраны
стражники. В женских и мужских высших заведениях забастовки [...] В
политехникуме выкинуто красное знамя с надписью: "Да здравствует самостійна
Украина". С одиннадцати часов утра начались демонстрации [...] Тотчас
явились войска и казаки [...] Казаки нагайками разогнали негодяев [...]
Произведены многочисленные аресты. Среди демонстрантов не менее половины
евреев. Руководит студент-еврей, разъезжающий верхом по городу и делающий
свои распоряжения»."
shevchenko

Спогад М. Костомарова про сватання та пиятику

 
        Весною 1860 года, перебралась в Петербург моя покойная мать, и мы наняли квартиру в 9-й линии Васильевского острова. Теперь я стал жить недадеко от Шевченка, продолжавшего оставаться в своей мастерской в академии художеств. Он приходил ко мне каждую неделю по вторникам, когда у меня был назначен один вечер в неделю для приема знакомых, но иногда заходил и в другие дни. Осенью того же года Тарас Григорьевич стал бывать у меня реже. Поводом к этому, как оказалось после, было то, что он намеревался жениться и время его поглощалось на ознакомление с избранною особою. Но он почему-то от меня как-будто скрывал свое намерение, и я слыхал о нем от других, как равно услыхал, что его план жениться — расстроился. Тогда встретил я Тараса Григорьевича, давно уже перед тем у меня не бывавшего, в Большом театре, на представлении «Вильгельма Теля», а он — замечу мимоходом — чрезвычайно любил эту оперу и приходил в детский восторг от пения Тамберлика и де-Бассини, имея привычку при этом восклицать по-малорусски: «Матері його сто копанок чортів, як-же славно!» (Черт побери, как хорошо!). — Чи ти, Тарасе, справді женишся? — спросил я его. — «Мабуть (верно) оженюсь тогді як и ти!» — отвечал Шевченко. С того вечера опять стал Тарас Григорьевич навещать меня, но о своих романических похождениях не говорил ни слова. В конце декабря 1860, а может быть, в январе 1861 года (наверное не припомню), Шевченко явился ко мне во вторник вместе с Павлом Ивановичем Якушкиным, известным собирателем народных великорусских песен. Оба были пьяны до безобразия, особенно Якушкин; Шевченко все-таки держал себя приличнее. Отведя его в сторону, я ему заметил, указавши на многих гостей у меня, что о нем будут распространяться дурные слухи. Это был, однако, первый и последний раз, когда я увидал Шевченка положительно пьяным. Кто знает, может быть, причину тому надобно искать в той сердечной трагедии, которая с ним недавно перед тем разыгралась и которой касаться я не считаю себя в праве, так как знаю о ней мало и то по неясным слухам, но сам он до конца своей жизни мне о том не говорил ничего. Как бы то ни было, видевши Шевченка пьяным только один раз, но видевши его много раз пьющим, я остаюсь при том убеждении, что слухи о его порочной преданности пьянству произошли от его многопития, невредившаго, однако, его духовным силам, и во всяком случае неправы те, которые, благоговевши при жизни поэта пред его музою чуть не до идолопоклонства, после смерти Шевченка стали презрительно называть эту музу пьяною.
        Не могу теперь припомнить: был ли еще хоть раз у меня Тарас Григорьевич после прихода его ко мне с Якушкиным, или то было последнее его посещение. Несомненно помню, что скоро после того он заболел или, правильнее сказать, усилилась и приняла острый характер болезнь, которая уже прежде подрывала его здоровье.
   
   
        Н. И. Костомаров, Письмо к изд.-редактору «Русской старины» М. И. Семевскому, «Русская старина», 1880, т. XXVII.