Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

shevchenko

В. Данилов. До характеристики І. Кульжинського

 
        Иван Григорьевич Кулжинский (род. 1803 г.), по окончании черниговской семинарии, был сначала учителем в уездном духовном училище в Чернигове, затем учителем гимназии высших наук в Нежине, где и оказался «одним из учителей Гоголя». Впоследствии служба его продолжалась в Харькове в должности учителя и в Луцке Collapse ) Таким образом литературно-научная полемика заканчивается Кулжинским указанием на участок.
        В последней статейке своей брошюры: «Дневник Т. Г. Шевченка» окончательно разошедшийся без удержу Кулжинский приходит к выводу, что сам Шевченко был его единомышленником насчет украинского языка: «Он сам сознавал неприличие и неспособность малоросийского наречия для серьезного употребления. Он своим «Дневником» как будто говорит нам вот что: «можно, пожалуй, иногда поговорить по-малороссийски, написать малороссийскую виршу и пропеть малороссийскую песню, так точно, как можно иногда потанцовать трепака; но танцовать постоянно вместо обыкновенного хождения ногами, — это, воля ваша, было бы черезчур ненормально: вот то же разумейте и о вашей малороссийской литературе». — Шевченко чувствовал, сознавал это и вследствие того, сам с собою, в тайнике своего «Дневника» говорил по-русски, а не по-украински».
        Мы слишком утомили внимание читателей выписками из курьезной полемики Кулжинского. Но следует поминать перед лицом Аданая, как едомляне предавали сожжению священный город Иерусалим. Ведь писания Кулжинских отразились реально в многострадальной литературе украинского народа. Да кроме того, интересно видеть, как мало выросла мысль гонителей украинского слова и просвещения за все протекшие сорок с лишним лет.


        1) Так мракобесие и умственный застой доводили авторов, подобных Кулжинскому, до глупости, который договорился до того что снисходительно разрешает человеку родиться украинцем.


        Владимир Данилов. К характеристике И. Г. Кулжинского и его литературной деятельности // Україна: Науковий та літературно-публіцистичний щомісячний журнал. — К., 1907. — Т. IV. — № 10 (октябрь). — С. 20-45.
 
shevchenko

З нарису В. Маслова про пиятику

 
        * * *
 
        Доброта Шевченка, его беспримерное бескорыстие и непрактичность были причиной того, что он почти всегда нуждался в средствах, ведя самый простой и скромный образ жизни. В ссылке ему иногда помогали друзья, а умер он таким же бедняком, как родился, оправдывая как будто слова отца, что ему ничего не надо.
        Одинокая, бесприютная жизнь Шевченка заставляла его часто искать развлечения в обществе. Иногда, вследствие какой-нибудь случайности или по неотступным приглашениям, он посещал аристократические дома, но делал это почти всегда неохотно, и хотя его принимали там с уважением и даже заискиванием, он тяготился этим обществом пустых франтов и барынь и вел себя с тактом, но сухо и сдержанно. Нельзя однако сказать, чтоб он не любил женского общества, и в молодости его была встреча с одной красивою барыней, которая оставила в его душе некоторое воспоминание и вызвала даже стихотворение. Впрочем, это было не последнее увлечение поэта, но все они не оставляли долгого впечатления.
        Более всего Шевченко любил простоту семейного быта, и где его принимали не пышно, но радушно, искренно, там он бывал необыкновенно весел, разговорчив, рассказывал анекдоты, смешные происшествия и непременно что-нибудь из былого, а иногда мастерски пел своим звучным и чрезвычайно симпатичным голосом малороссийские песни, которых знал множество. Рассказывал Тарас Григорьевич своеобразно, и если в передаваемом им случае была комическая сторона, то он выставлял ее особенно ярко, с свойственным ему юмором.
        Для полноты характеристики Тараса Григорьевича Шевченка необходимо упомянуть здесь Collapse )
        После всего этого только скудные умом, совершенно бесталанные и черствые сердцем, собственная жизнь которых далеко не безупречна, могут бросить в память поэта словом осуждения. Им не понятны увлечения и заблуждения юности, безысходные муки таланта, угрызения личной скорби, тоска и одиночество в разлуке со всем дорогим и милым. В фарисейском благонравии и в узких рассчетах житейской увертливости, они готовы закидать грязью все, что выше и чище их по натуре, и рады найти хоть одно пятно, чтобы свести подобную личность до своего низкого уровня. Но им никогда не удастся затмить величавый образ народного поэта. «Справедливо заслуженная, скажем словами Савы Ч., собирателя материалов для биографии поэта, — слава Шевченка вырывается чистою и светлою из их грязных рук и проникает во все слои общества, даже в простой народ, который так был любим поэтом, как не полюбить им ничего в мире..... Большей славы Шевченко не желал..... да и может ли быть большая слава»!?....
 
 
        В. П. Маслов, Тарас Григорьевич Шевченко. Биографический очерк, М., 1874, стор. 54-56. [Див. повний текст.]
 
shevchenko

Із листа І. С. Тургенєва до М. О. Маркович (Марко Вовчок). 22 травня 1861 р.

 
        * * *

        Видел я в Петербурге Белозерского и др. (Анненков женатый — прелесть как мил). — Мне дали 4 No «Основ», из которых я мог заключить, что выше малороссийского племени нет ничего в мире — и что в особенности мы, великороссы, дрянь и ничтожество. А мы, великороссы, поглаживаем себе бороду, посмеиваемся и думаем: пускай дети тешатся, пока еще молоды. Вырастут — поумнеют. А теперь они еще от собственных слов пьянеют. И журнал у них на такой славной бумаге — и Шевченко такой великий поэт... Тешьтесь, тешьтесь, милые дети.


        Тургенев И. С. Письма в восемнадцати томах. Том 4. Письма 1859-1861, М., 1982, стор. 333.


Collapse )