April 10th, 2010

shevchenko

А. Мілюков. Питання про малоросійську літературу. Літо 1864 р.

 
А. Милюков
ВОПРОС О МАЛОРОССИЙСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
 
 
        Известно, что в тех губерниях России, которые называются обыкновенно Малороссией и населены большей частию южнорусским племенем, до настоящего столетия не было почти никакой письменной литературы на местном наречии. Несмотря на значительные отличия этого наречия от общерусского языка, на долгую историческую жизнь края, ознаменованную многими самобытными явлениями, несмотря на даровитость племени, из которого в продолжение столетий вышло множество людей талантливых в разных сферах деятельности, — умственная жизнь страны выразилась на местном наречии только в одних устных памятниках народной поэзии. На этом наречии хранились в народной памяти только исторические и бытовые песни, сказки и легенды, пословицы и поговорки. Но в продолжение исторической жизни этого края, все что только выходило из уровня безразличной народной массы, все что проникалось сколько-нибудь образованием, — выделялось обыкновенно из племенного круга и отрывалось от племенного наречия, обращаясь по силе исторического тяготения в разные эпохи к языкам самостоятельным — церковнославянскому, польскому, русскому. До конца прошлого века никому в Малороссии не приходило в голову, что местное наречие может сделаться когда-нибудь языком литературным или ученым [...]
        Collapse )
        [...] Но защитники самобытной украинской литературы спросят вас, почему мы забываем Шевченко? Мы его не забыли, но оставили нарочно под конец, как самое убедительное доказательство, что новая украинская литература невозможна. Шевченко без всякого сомения один из самых значительных поэтических талантов, какие только произвела Малороссия. Это поэт с обширным дарованием, возникший из среды чисто народной жизни и отразивший в себе все возможные ее элементы. Но посмотрим, велик ли объем содержания его поэзии и в чем состоит его поэтическое миросозерцание? С полным уважением к дарованию важнейшего представителя Украйны, мы скажем откровенно свое мнение.
        Партия новейших украйнофилов, в понятном удивлении к таланту своего земляка, увлеклась в восторгах своих до того, что ставит Шевченку наряду с Пушкиным, Гоголем и даже с величайшими гениями общеевропейскими, чуть не с Шекспиром. Не говоря уже о нелепости последнего сравнения, мы находим чрезвычайно безрассудной мыслью ставить Шевченко наряду с Пушкиным. Может ли подобное сближение придти в голову человеку, не ослепленному мелкими претензиями провинциального патриотизма? Можно ли, рассуждая спокойно, не видеть огромной разницы между содержанием Пушкина и Шевченко? Пушкин, кроме самой разнообразной лирики, является нам и драматургом в Борисе Годунове и Каменном Госте, и живописцем всех слоев современной жизни в Онегине, и великим романистом в Капитанской Дочке; в его поэзии нашлись отзывы и Данту, и античному миру древней Греции, восточной поэзии и испанской жизни, русской народности и байроновскому скептицизму, — и во всем этом отразилась великая самобытная личность, в которой сосредоточилась живая действительность, во всю глубину исторической и во всю ширину современной жизни. Каково же содержание поэзии Шевченко?
        Что касается до его драматических опытов, в роде „Назара Стодоля“, то по собственному отзыву самых рьяных украинцев, они не заслуживают внимания и даже не имеют местного значения в самой Малороссии. Все остальные сочинения Шевченко состоят из лирических песен, как его Кобзарь, или из поэм и повестей, каковы „Гайдамаки“ и „Наймичка“. Какие же в них выразились мотивы и какое поэтическое миросозерцание? Перечитывая песни Кобзаря, вы ясно видите, что это ничто иное, как поэзия воспоминания, последние отголоски старой жизни в народной украинской поэзии: это те же жалобы наболевшего сердца, те же тоскливые мечты отжившей самобытности, те же воспоминания о былой жизни. Тут не сказалось ровно ничого нового, ничего такого что давно не высказалось бы у старых кобзарей. При большей силе поэтического таланта, при большей глубине и теплоте чувства, вы находите здесь то же ограниченное мировоззрение, как и в народных украинских песнях. И это, повторяем, не от ограниченности таланта, а только от положительной невозможности найти какие-нибудь новые мотивы, не выходя из узкой колеи провинциального быта в широкое русло общенародного воззрения.
        Эпические сочинения Шевченко Collapse ) Поэтому прав и Белинский, который говорил, что не знает такой литературы, прав и г. Аксаков, когда заметил, что отдельная малороссийская литература „полезна только для домашнего обихода“. [...]
 
 
        А. Милюков.
 
 
        А. Милюков. Вопрос о малороссийской литературе // Эпоха. — СПб., 1864. — №4. — С. 75-102.


Collapse )
 
shevchenko

І. Кульжинський. Лист до видавця львівського журналу «Мета». Осінь 1864 р.

 
Иван Кулжинский.
Письмо к издателю львовского журнала «МЕТА» г. Ксенофонту Климковичу
 
 
        [...] Знаете ли, что? Предпринявши издавать журнал на малороссийском наречии (по вашему: языке), вы не обратили внимания на мелочь, — на то, что вы вовсе не знаете этого наречия, или пожалуй, языка! После этого подвига, вы никого уже не удивили бы, если бы стали издавать во Львове журнал на китайском языке. Право, подумайте, да решитесь отличиться хинизмом, как вы уже отличились малороссианизмом! Для этого у вас, должно быть, имеется готовый рецепт, по которому составляются слова какого угодно наречия или языка, — стоит только придать всему этому «национальный колорит», например в роде следующего: Ме—ту—дзын—вы—дау—ду—син—рень—чин и т. п. Ведь совершенно выходит по-китайски, хоть совершенно бессмысленно! — Вот такой точно язык в вашей Мете. Начну с названия. Из текста вашего журнала, во многих местах, можно догадываться, что слово «мета» у вас употребляется вместо «цель». Плохо же вы знаете малороссийское наречие! Спросите кого угодно из малороссиян, и они все вам скажут, что цель сама по себе, а мета сама по себе, и это вовсе не одно и тоже. [...]
        Себя вы назвали «выдавцем» журнала. Извините, и слова «выдавец» нет в малороссийском наречии. Collapse )
       
        Иван Кулжинский.
 

        Иван Кулжинский. Письмо к издателю львовского журнала «Мета» г. Ксенофонту Климковичу // Вестник Юго-западной и Западной России. — Киев, 1864. — Т. II. — Ноябрь. — С. 33-45.


Collapse )
 
shevchenko

В. Данилов. До характеристики І. Кульжинського

 
        Иван Григорьевич Кулжинский (род. 1803 г.), по окончании черниговской семинарии, был сначала учителем в уездном духовном училище в Чернигове, затем учителем гимназии высших наук в Нежине, где и оказался «одним из учителей Гоголя». Впоследствии служба его продолжалась в Харькове в должности учителя и в Луцке Collapse ) Таким образом литературно-научная полемика заканчивается Кулжинским указанием на участок.
        В последней статейке своей брошюры: «Дневник Т. Г. Шевченка» окончательно разошедшийся без удержу Кулжинский приходит к выводу, что сам Шевченко был его единомышленником насчет украинского языка: «Он сам сознавал неприличие и неспособность малоросийского наречия для серьезного употребления. Он своим «Дневником» как будто говорит нам вот что: «можно, пожалуй, иногда поговорить по-малороссийски, написать малороссийскую виршу и пропеть малороссийскую песню, так точно, как можно иногда потанцовать трепака; но танцовать постоянно вместо обыкновенного хождения ногами, — это, воля ваша, было бы черезчур ненормально: вот то же разумейте и о вашей малороссийской литературе». — Шевченко чувствовал, сознавал это и вследствие того, сам с собою, в тайнике своего «Дневника» говорил по-русски, а не по-украински».
        Мы слишком утомили внимание читателей выписками из курьезной полемики Кулжинского. Но следует поминать перед лицом Аданая, как едомляне предавали сожжению священный город Иерусалим. Ведь писания Кулжинских отразились реально в многострадальной литературе украинского народа. Да кроме того, интересно видеть, как мало выросла мысль гонителей украинского слова и просвещения за все протекшие сорок с лишним лет.


        1) Так мракобесие и умственный застой доводили авторов, подобных Кулжинскому, до глупости, который договорился до того что снисходительно разрешает человеку родиться украинцем.


        Владимир Данилов. К характеристике И. Г. Кулжинского и его литературной деятельности // Україна: Науковий та літературно-публіцистичний щомісячний журнал. — К., 1907. — Т. IV. — № 10 (октябрь). — С. 20-45.