October 2nd, 2008

shevchenko

55. В. М. РЄПНІНА ТА Г. І. ДУНІН-БОРКОВСЬКА. 13 січня 1848. Яготин

 
        13 января 1848-го года. Яготин.
 
        От души благодарю, мой добрый и незабвенный Тарас Григорьевич, что Вы меня вспомнили в далекой стороне! И здесь мы Вас не забываем и очень часто речь идет о Вас: нет, я бы не рассмеялась, а зарыдала, бы, если бы Вас увидела теперь, и молила бы Бога дать языку моему красноречие, чтобы утешить Вас, возвесть дух Ваш выше горькой участи Вашей, смягчить сердце Ваше; говорю с Вами о милосердии Господнем, который не хочет смерти грешника, а чтобы он был жив! Если б это зависело от меня, разворотив мое письмо, Вы бы наполнились благодатью, она бы Вас освежила, освятила, укрепила, Вы бы бодро и с покорностию носили крест Ваш! Но, увы, что могу я, бедная, бессильная, для Вас, мой добрый Тарас Григорьевич — молиться! Да, молиться как можно чаще, как можно теплее, чтобы Бог подкрепил Вас в настоящем испытании, чтобы он вложил милосердие в сердца окружающих Вас, чтобы направил тех, от которых зависит земная участь Ваша, к помилованию! С какою радостию все Ваши здешние друзья помогали бы Вам нести крест. Как все обрадовались от Вашего письма! — Оно долго странствовало, ибо Андрей Иванович в Одессе; в очень непродолжительном времени я пришлю Вам книги, не хочу отложить ни одною почтою отвечать Вам на письмо Ваше, которого я встретила с таким благодарным теплым чувством! Вот уже мы перешли в новый год! Каково было Вам встречать его на чужбине; я никогда не забуду, как папенька накануне нового года, тому, кажется, 5 лет назад, открыл Вам объятия свои и как Вы сыновно припали на грудь его! Вечная память этому истинно доброму человеку! Вот 3 года, как его нет между нами; в Яготине все идет по-прежнему; общество наше то же самое, исключая Тани, которая все болеет и лечится в Киеве. Мы имеем прибавление весьма драгоценное к нашему кругу; это бывший киевский студент, которого Вы видели у меня в Киеве — и у других также: чистая святая душа, желающая Вам, как и многие, другие, силы упования и терпения! Как понятно мне Ваше мучение — не рисовать! Это настоящая пытка! Но не будем роптать: Бог даст, это переменится! Услышьте мой дружеский совет и последуйте ему. Предайтесь Вашей настоящей обязанности как можно усерднее, облагораживайте ее примерной исправностию, видя в ней испытание, посланное Вам самим Богом для очищения души Вашей, воспитывайте ее, очищайте молитвою; вспоминайте, что многие молятся за Вас, что хоть отдалены телом, но душею бодрствуют за Вас! Не унывайте, носите крест, молитесь и надейтесь!
        К великому моему сожалению, письмо мое не было готово для вчерашней почты и надобно отложить его до будущей, а как давно Вы его ожидаете, мой добрый Тарас Григорьевич; я по собственному опыту знаю, сколько может быть горести в ожидании! Да подкрепит Вас Господь, да даст Он душе Вашей Любовь и Веру, тогда Вы поверите что тот, который нас полюбил, даже до смерти неизменен! Не так, как люди; людей должно любить, ибо они братья наши и дети небесного Отца — а верою во Спасителя усыновленные для жизни вечной, должно их любить, и это обязанность иногда так легка, что мы в эти минуты понимаем ее — но Христос сказал: «Будите убо вы совершени, якоже Отец ваш небесный совершен есть», т. е. исполняйте Ваш долг всегда и во всех отношениях, не ожидая взаимности — но делая добро везде и всем. В нынешних обстоятельствах Ваших Вы можете делать добро, видимое только Богом, но которое для того не будет им отвергнуто, напротив: освящайте душу Вашу молитвою, очистите ее от всего затмевающего * ее, и да благословит Вас Господь в этом трудном и святом подвиге! Есть ли у Вас Евангелие? Я обещаюсь писать часто к Вам и еще раз, мой добрый Тарас Григорьевич, благодарю Вас от души за Вашу дружескую память,. Передаю перо Глафире, которая также хочет приветствовать Вас. Прощайте, да осенит Вас благодать святая; Вам душею преданная
 
        Варвара Репнина,
 
        Дописка Г. І. Дунін-Борковської:
        Вы, конечно, поверите, когда скажу Вам, что грустные строки Ваши к княжне меня сердечно обрадовали. Наконец Вы отозвались, Тарас Григорьевич, и дали нам средства сказать Вам хотя малую часть того живого искреннего сочувствия, которым полны все Ваши здешние знакомые и други. Чего могу пожелать Вам на новый год? Благодати Божией, терпения и слез; чтобы освежить и растворить духовную пустыню Вашей жизни.
 
        ...Від сльоз дрімає нудьга невсипуча,
        Змочи наше сердце, як літнім дождем,
        І зійде молитва, мов квітка пахуча,
        І обвіє душу миром...
 
        Прощайте, Тарас Григорьевич, бумага не позволяет распространяться более. Не забывайте нас: я же с благодарностию, припоминаю Ваше доброе посещение моему мужу в Киеве. Да благословит Вас Господь.
 
        Г. Д[унин]-Б[орковская]
 
Collapse )
 
shevchenko

Лист Рєпніної до Орлова. 13 січня 1848 р.

 
№ 301. 1848 р., січня 13. Лист В. М. Рєпніної до начальника III відділу О. Ф. Орлова з проханням дозволити Т. Г. Шевченкові малювати
 
        Господин граф.
 
        Вы человек, облеченный большою властью и в силу этого положения и вашего благородного характера призваны делать добро. Если поддерживать порядок и казнить зло есть задача государственного сановника и добродетельного человека, то следить за тем чтобы справедливость не превратилась в жестокость и чтобы за наказанием следовало милосердие, не в этом ли высшее совершенство добродетели. Сильна в этом убеждении, я являюсь перед вами, господин граф, умолять за несчастного Шевченко. Я, зная его очень хорошо, могу вам засвидетельствовать, что каков бы ни был его проступок, он уже достаточно наказан своим положением солдата и удалением от родины, без того, чтобы убеждать его в его виновности, прибавляя к этому утонченную жестокость, запрещение рисовать. Господин граф, надеюсь вы поймете, что будучи знакома с Шевченко лично и, зная, что он совершенно одинок в этом мире, я считаю своим долгом, поскольку бог вложил мне в сердце идею принимать участие в его судьбе, сделать все зависящее от меня, чтобы по меньшей мере попытаться облегчить его участь.
        Чтобы преуспеть в этой цели, у меня нет другого пути, как обратиться к вам и умолять добиться для него разрешения рисовать. Это милость, о которой я прошу вас со сложенными на груди руками. Кто бы я ни была сама по себе, но как дочь моего отца, который столько страдал и страдал безвинно, я признаю за собой право говорить за несчастных и взывая к памяти моего отца, который вас уважал, я прошу вас, господин граф, извинить мою назойливость, выражаясь светским языком, так как я убеждена в том, что делаю то, что должна делать, умоляя вас за обездоленного заблудшего, но достойного всякой симпатии, у которого нет ни семьи ни покровительства.
        Соблаговолите, господин граф, сообщить мне ваш ответ, тот который вы хотите мне дать, на имя моей сестры — ее превосходительству Елизавете Николаевне Кривцовой в Орел. Я ее предупрежу, что воспользуюсь ее именем.
        Примите, господин граф, выражения моей признательности и если бы я могла уже вам сказать о моей глубокой благодарности.
 
        Варвара Репнина
 
        Яготин.
        13 января 1 1848.
 
        ДМШ, А-52, спр. 81, ч. 6, арк. 85 — 86, 86 зв. Оригінал. Французькою мовою.
        1 У попередніх публікаціях помилково названо місяць: лютий замість січня.



Collapse )
 
 
shevchenko

Довідка з приводу листа Рєпніної Орлову. Січень 1848 р.

 
№ 302. 1848 р., січень. Довідка III відділу з приводу листа В. М. Рєпніної з проханням дозволити Т. Г. Шевченкові малювати
 
        Княжна Варвара Репнина просит обратить милостивое внимание на бывшего художника Шевченку и дозволить ему рисовать. Она ходатайствует об этом, как об одолжении для нее самой и в память ее родителя.
        Справка. Шевченко, при производстве дела об украйно-славянском обществе, оказался виновным в сочинении возмутительных и самых дерзких стихов. По высочайшему повелению, состоявшемуся 28 мая 1847 года, он определен рядовым в войска Отдельного оренбургского корпуса, с правом выслуги, под строжайший надзор и с воспрещением писать и рисовать.
 
 
        ДМШ, А-52, спр. 81, ч. 6, арк. 87. Оригінал.
        На документі резолюція: «[слово нерозб.] можно под надзором».